Денежные выплаты по социальному обеспечению далеко не всегда могут играть роль универсального средства защиты уровня жизни от ускоренного роста цен. Эффективность прямой социальной защиты несколько возрастает, если играющие ведущую роль денежные формы дополняются другими, преимущественно неденежными и нематериальными. Сфера подобного рода помощи жестко ограничена наиболее беззащитными и беспомощными группами населения.

Многие из их представителей отличаются не только относительно низким уровнем дохода, получаемым по линии социального обеспечения, но и плохим состоянием здоровья, физической немощью, связанными с преклонным возрастом, инвалидностью и др. Примерно 6% пенсионеров по старости и инвалидов беспомощны, одиноки, не в состоянии обслуживать себя самостоятельно. Немалая их часть не живет в семье и не может рассчитывать на поддержку родственников, друзей, соседей. Поэтому выплачиваемые таким людям социальные пособия, даже если они удовлетворительны по своим размерам (не частое явление), на практике трудно реализуемы и потому сами по себе недостаточны для обеспечения существования их получателей.

Особенности положения одиноких и немощных требуют обеспечения специального обслуживания, учитывающего их индивидуальную специфику. В результате, они становятся объектом социально-бытовой помощи. Как и повсюду в мире, в России такая помощь оказывается по трем основным направлениям, в зависимости от того, живут ли нуждающиеся в ней у себя дома, в специализированных интернатах, либо, наконец, вообще не имеют определенного места жительства.

Одно из таких направлений осуществляется через нестационарные учреждения, находящиеся главным образом в ведении Министерства социальной защиты населения. К ним, прежде всего, относятся центры социального обслуживания. Фактически это ведущие учреждения социальной защиты, действующие на муниципальном уровне. Центры выявляют и учитывают тех, кто нуждается в помощи, предоставляют такую помощь в формах и видах, дифференцированных по особенностям их получателей, координируют усилия государственных и общественных организаций в этой области.

По всей России действуют примерно 700 таких центров (данные за 1994 год). Они созданы в 63 территориях Федерации. Наибольшее распространение центры получили в Челябинской, Самарской и Ростовской областях, а также в Москве.

При некоторых центрах социального обслуживания функционируют отделения дневного пребывания, оборот которых составляет примерно 100 тыс. человек за год. В отделениях организовано бесплатное питание пенсионеров, во многих из них существуют залы лечебной физкультуры, комнаты доврачебной медицинской помощи, массажные и физиокабинеты и др.

Однако приоритет принадлежит социально-бытовой помощи на дому инвалидам и престарелым (часто это одни и те же лица). По данным Министерства социальной защиты, в такой помощи нуждаются 952,2 тыс. человек, из которых 826,6 тыс. (т. е. 87%) ее получают. В целом по России из каждых 10 тыс. пенсионеров надомным обслуживанием обеспечены 229 человек.

Многообразие проявлений и степени немощи обусловливает многообразие форм индивидуального социального обслуживания. Более 118 тыс. социальных работников не реже 2-3 раз в неделю посещают престарелых и инвалидов на дому, обеспечивая их продуктами питания, убирая помещения, доставляя домой горячие обеды, помогая в стирке вещей и т. д. Не остаются без внимания и полностью беспомощные, требующие постоянного ухода. В целях поощрения их обслуживания предусматривается оплата труда <неработающего трудоспособного лица>, осуществляющего уход за инвалидом первой группы, либо престарелым, нуждающимся в постоянном постороннем уходе по заключению лечебного учреждения, либо достигшим 80 лет, а также ребенком-инвалидом до 16 лет. Величина оплаты составляет 3/4 от социального пособия на детей в возрасте от полутора до 6 лет и пособия, выплачиваемого одиноким матерям, имеющим детей до 6 лет.

Наряду с центрами социального обслуживания, в состав нестационарных учреждений и служб социальной помощи входят также 115 центров социальной помощи семье и детям, 36 центров психолого-педагогической помощи и экстренной психологической помощи по телефону, 103 реабилитационных центров для детей и подростков с ограниченными возможностями, 88 социальных приютов для детей и подростков, 55 социально-реабилитационных центров для несовершеннолетних, и др. Наконец, 1050 служб срочной социальной помощи призваны оказывать различные разовые услуги. При них создаются банки вещей и продуктов, работают телефоны доверия и т. п. Пропускная способность таких служб составляет примерно 2 млн. человек ежегодно.

Другое направление социально-бытовой помощи охватывает тех нуждающихся в ней, которые постоянно проживают в интернатах. В настоящее время в России действуют около 1 тыс. стационарных специализированных учреждений, в которых обитают более 300 тыс. престарелых, инвалидов и др. Обычно выделяются четыре типа таких учреждений:

— дома-интернаты общего типа; это наиболее распространенные учреждения подобного рода, известные как дома для престарелых;

— психоневрологические интернаты, в которых живут инвалиды с хроническими психическими заболеваниями, но не нуждающиеся в лечении в учреждениях здравоохранения психоневрологического профиля;

— детские дома для детей-инвалидов с физическими врожденными или приобретенными недостатками;

— детские дома для детей-инвалидов с глубокой умственной отсталостью. Обитатели таких интернатов получают разнообразное обслуживание — от постоянного медицинского наблюдения и лечения до бытового ухода и питания. Пребывание в подобных интернатах финансируется частично государством, предприятиями, частично самими обслуживаемыми из их социальных пособий.

Работники стационарных лечебно-бытовых учреждений, сами, как правило, относящиеся к числу малообеспеченных, прежде всего из-за низкой оплаты их труда, оказывают реальную помощь престарелым, больным и немощным. Вместе с тем, обслуживание нередко осуществляется на таком уровне, который не может удовлетворить ни тех, которые им непосредственно пользуются, ни общество, которое его должно обеспечивать. К тому же число мест в домах-интернатах существенно отстает от количества нуждающихся в стационарном обслуживании.

<Имеющаяся сеть учреждений социального обслуживания не полностью отвечает потребности в них>,- констатировало Правительство в <Основных направлениях социальной политики>. Тем самым, хотя и в сильно смягченной форме, оно признавало бедственную ситуацию в этой области. Решение задачи по обеспечению учреждений социального обслуживания необходимой материально-технической базой — помещениями, транспортом, элементарным медицинским оборудованием и т. п.- могло бы существенно облегчить выполнение ими своих функций.

Третье направление связано с оказанием социально-бытовой помощи относительно малочисленной группе лиц без определенного места жительства (так называемые бомжи). Как правило, они ведут скитальческий или бродяжнический образ жизни и уже поэтому не могут рассчитывать на регулярное получение денежных пособий в рамках общественного вспомоществования и других обычных видов прямой социальной защиты.

Положение многих из них усугубляется уголовным прошлым, разнообразными психическими отклонениями, хроническими болезнями, алкоголизмом, а также отсутствием родственников, или их нежеланием оказывать какую-либо помощь. Это разнообразная по составу группа людей, опустившихся на социальное дно по различным конкретным причинам. Одни из них вынужденно ведут паразитический образ жизни, другие — добровольно.

Ни одно общество не может абстрагироваться от самого факта существования <бомжей>, от его негативных социальных последствий. С отменой (в 1991 г.) уголовного наказания за бродяжничество и попрошайничество государственный контроль за <бомжами> ослабел. Это многоаспектная проблема, не поддающаяся однозначному решению. Ослаблению ее остроты могли бы способствовать следующие мероприятия:

— восстановление административной ответственности за все виды антиобщественного поведения;

— создание сети специализированных интернатов, ночлежек, в частности на железных дорогах, с предоставлением ночлега, элементарной медицинской помощи и питания. Как свидетельствует практика, помещение <бомжей> в уже существующие, хотя и в крайне небольшом количестве (17 в 1994 г.), приемники-распределители должно носить не только сугубо добровольный, но и принудительный характер. Только добровольное помещение лишь на основании письменного заявления с просьбой о помощи малоэффективно. Специализированные интернаты для <бомжей> должны находиться в совместном ведении системы социальной защиты населения, здравоохранения и органов внутренних дел;

— разработка и осуществление комплекса мер по социальной реабилитации тех <бомжей>, которые еще в состоянии ее пройти, чья моральная и физическая деградация пока что не является необратимой. Это подразумевает восстановление их трудоспособности и привлечение к общественно полезному труду. Тем самым по крайней мере для части <бомжей> решался бы вопрос о возвращении к нормальной человеческой жизни.

Наряду с тремя перечисленными, основными, практикуются и другие виды социально-бытовой помощи. Они касаются как всей группы наиболее беззащитных и малообеспеченных, так и ее отдельных категорий. В переходный период получили распространение самые разнообразные проявления социальной помощи, достаточно неординарные для России последних десятилетий.

Например, инвалиды 1-й группы, неработающие инвалиды 2-й группы, дети-инвалиды до 16 лет освобождаются от оплаты лекарственных средств, назначаемых по рецептам врачей. Во многих регионах пенсионеры, инвалиды и некоторые другие <клиенты> социального обеспечения пользуются бесплатным проездом на городском транспорте, льготным проездом на пригородных поездах и т. п. Инвалиды, нуждающиеся в спецтранспорте, имеют право на льготы при его приобретении и техническом обслуживании, при покупке бензина и запчастей, и др. Немаловажное значение приобретает и повышение величины необлагаемого налогами минимального уровня доходов, налоговые льготы для лиц с относительно низкими доходами, для семей с несовершеннолетними детьми, освобождение от налогообложения ряда социальных пособий и т. д.

К нетрадиционным формам поддержки относится деятельность специальных чековых инвестиционных фондов для граждан, нуждающихся в особой социальной защите (ЧИФ СЗ). Они созданы в соответствии с Указом Президента <Об использовании приватизационных чеков в целях социальной защиты населения> (октябрь 1992 г.). Через год число ЧИФ составило 46. Они представляют интересы 3,5 миллионов одиноких пенсионеров, инвалидов, ветеранов, детей-сирот и др. В отличие от других инвестиционных фондов, чековые фонды для малоимущих получили право создавать страховые фонды, занимающиеся страхованием жизни и здоровья акционеров. Кроме того, ЧИФ могут выплачивать акционерам часть дивидендов потребительскими товарами и оплатой услуг. Все дивиденды по акциям детей, находящихся на полном государственном обеспечении, и детей-сирот фонд обязан инвестировать в приращение их пая до совершеннолетия.

В переходный период огромное значение приобретают и другие виды неденежной помощи, предоставляемые в натуральной форме наиболее беззащитным и необеспеченным группам населения. Будучи важным проявлением общественной благотворительности, натуральная помощь служит дополнением к денежным выплатам по системе общественного вспомоществования.

Одна из особенностей натуральной помощи малоимущим заключается в том, что, как правило, она не нуждается в жестком централизованном управлении, в единообразных инструкциях и нормативах. Решающее значение в ее организации приобретает инициатива местных органов власти, профессиональных, общественных и религиозных объединений, отдельных граждан. Натуральная помощь обычно сводится к прямому распределению предметов первой необходимости среди особо нуждающихся.

Важным проявлением натуральной помощи является бесплатное питание на постоянной или эпизодической основе. В 1992 г. обеспечение бесплатных обедов, наборов продуктов на бесплатной, либо льготной основе охватило около 2 млн. человек, то есть примерно треть нуждавшихся в них. Нематериальные формы социальной защиты нередко специализированы по отдельным группам нуждающихся в ней. В частности, непосредственным объектом такой защиты является семья и дети. Это выражается, например, в деятельности центров социального здоровья семьи и детей, социальных приютов для подростков, центров усыновления, опеки и попечительства и др.

Прямая социальная защита детей осуществляется на основе комплексной программы <Дети России>, охватывающей 35 млн. человек. Общая цель программы заключается в обеспечении условий для нормального развития и жизнедеятельности детей в период преобразований. В рамках этой программы функционируют две подпрограммы — <Дети Чернобыля> и <Дети-инвалиды>. Большое место в осуществлении прямой социальной защиты детей отводится и другим специализированным программам — <Дети-сироты>, <Дети Севера>, <Планирование семьи>.

Приведенные примеры дают лишь приблизительное представление о многочисленных и разнообразных формах нетрадиционной помощи, предоставляемой особо нуждающимся группам населения. Конечно, нетрадиционная помощь не в состоянии привести к радикальным изменениям в их материальном положении. Но в сочетании с системой социального обеспечения нетрадиционная, в том числе натуральная, помощь вносит свой вклад в облегчение страданий наименее защищенных слоев. Ее роль особенно велика в переходный период. И после формирования рыночных структур, как показывает зарубежный опыт, ни потребность в натуральной помощи, ни сама эта помощь отнюдь не сходят на нет. Ее формы становятся все более разнообразными, что позволяет гораздо полнее учитывать конкретные нужды отдельных групп нуждающихся. Таким образом, по существу уже в начале переходного периода в основном сложилась структура социального обслуживания. Возникает настоятельная необходимость в наращивании его мощностей, повышении качества и тем самым в увеличении возможностей удовлетворить потребности нуждающихся в нематериальных видах социальной помощи.